January 31st, 2017

(no subject)

Поклонская, эта няша с глазками, она же прокурор, настоятельно хочет пришить уголовщину фильму "Матильда", обвиняя создателей в незаконном сборе информации, вторжении в личную жизнь Романовых, в клевете. То есть, еще раз. Она просит двушечку создателям за то, что они собирали информацию о царе, вторглись его личную жизнь и рассказали о нем. О царе, который умер сто лет назад. То есть, двушечка за творческое исследование исторического персонажа. Выдумку. Охуеть! Уголовщина за исторический фильм, за творчество. Но примечательно другое. Здравомыслящие люди стыдливо молчат. Ну, стыдно за девушку, очень. Кто-то даже сетует: "Как бы обратно ее вернуть украинцам?". Но проблема в том, что зубную пасту обратно в тюбик не засунешь. Вот сходите в ванную, попробуйте. У меня не получилось.
promo a_gonch may 27, 2014 09:35 1
Buy for 600 tokens
Это случилось, друзья! Спустя 2 года после выхода фильма! Интернет-премьера остросоциальной драмы от правообладателей. Фильм был снят в 2012 году, без поддержки государства и продюсеров, на собственные средства авторов и при помощи народного финансирования. Актеры и команда работали…

(no subject)

Наш #районтьмы, несколько серий, показывают в 500 такси в Москве. Компания Nexi, такие минивены. Приятно, когда случайные знакомые видят сериал в машинах и присылают фотки. Тем временем, такси попросили новые серии. Вчера запикивал в них мат, заметил, что если запикать слово "бля" или "на хуй", ничего еще звучит, даже больше внимания обращает. А вот когда актер, плача и ругаясь, кричит: "Бляяяяяяяяяя", то запикивать трудно. Получается длинный такой пик. И это звучит уже смешно.
gonch

Ботник

Когда я был маленьким, было мне лет 10, и был я белобрысым и очень тощим, однажды на речке случился у нас с братом неприятный случай. Мы очень любили Волгу и все детство провели на ней. Летом. В деревне. Три месяца напролет. А еще у нас был друг, дадя Петя. Огромный, кряжистый, с громадным топором-носом и руками-крагами, он работал в колхозе, быков усмирял. Хотя в остальное время был добрым. Но не суть. Был у дяди Пети нашего ботник. Деревянный такой, лодка из досок. Тяжелая, неповоротливая, намокающая, вечно гнилая и дырявая. И давал нам ее дядя Петя покататься. Иногда. И вот однажды мы поплыли с братом на этом ботнике на середину залива, а залив был большой. Он и сейчас здоровенный, а тогда был для нас, как море. И вот однажды случился с нами неприятный случай... Ну как неприятный? Утонул наш ботник. Совсем. Утонул на хрен. Затонул прямо под нами, на середине залива. То есть два подростка утонули на лодке. У ботника треснула доска в днище, хлынула вода и он затонул. Совсем. И мы оказались в воде. Посреди огромного залива. Я помню, мне было очень страшно. Впрочем, сказать, что было страшно, ничего не сказать. Это было жутко. Утонуть посреди реки. Но я настолько напугался умереть, я так запаниковал, что вдруг совершил нечто странное. Ботник, он же из дерева, утонул, но продолжал болтаться под водой у ее поверхности. Как подводная лодка, сука. И тогда я взял железную цепь, привязанную к носу ботника, перекинул ее через плечо и попер ботник к берегу. Выбиваясь из сил, я тянул его, как обоз, и плыл. Один. Брат был в очках, он их потерял, а потому он сиганул к берегу, что было правильно. А я дотащил этот подводный ботник. Ибо знал, что если мы выживем без ботника, то это не считается. Нас убьет дядя Петя. Но! Суть в другом. Прошло почти 40 лет с того случая. Но до сих пор я часто, в разных жизненных ситуациях, вспоминаю этот случай. И тяну этот ботник, на тщедушном себе, в слезах, соплях, боясь утонуть прямо сейчас и совсем, но тяну. Сраный ботник. Всю жизнь. Почти каждый день. И до берега еще далеко.